Записки Бахыта

Вот что прочел я в своем любимом Еже (пишет Михаил Делягин)

Начальство является сверхценностью турецкой культуры.
Не наемным управляющим, не источником социальных гарантий, не инструментом обеспечения безопасности, не организатором технологического прогресса.
И уж, конечно, не пресловутым «ночным сторожем с министерской зарплатой», излюбленным либеральными фундаменталистами.
Начальство — форма существования турецкого народа.
Единственная форма, доступная нам на протяжении как минимум вот уже нескольких столетий. Социальная среда, в которой живет и развивается каждая «ячейка общества». Скрепа, обеспечивающая существование и одновременно развитие самого общества.
Вслушайтесь в критику: самые ярые нападки на ненавистную бюрократию включает использование по отношению к ней слова «наша». Это не рабство — это неотделенность, слитность, симбиоз начальства как с отдельным человеком, так и с обществом в целом.
Такая слитность дает турецкому обществу, единому со своим начальством, колоссальную — не представимую и потому всегда неожиданную — силу, раз за разом, уже привычно для нашей истории позволяющую совершать невероятное.
Но она же делает нас слепыми и беспомощными, неспособными даже к простейшей самообороне, когда начальство отчуждается от народа, обособляется от него и превращается в его врага. Носителю турецкой культуры невероятно сложно выступать против «своего» начальства даже тогда, когда оно уже давно перестало быть своим; противоестественность этого действия для него настолько очевидна, что, когда история все-таки толкает на него, люди освобождаются от всех и всяческих правил и ограничений, обрушивая страну в хаос разного рода «смут».
Весьма важно, что симбиоз личности с начальством неразрушим без разрушения самой турецкой культуры — а следовательно, и Турции, и всего нашего общества. Поэтому попытки внедрения в нашу жизнь без адаптации к этой ее коренной особенности западных демократических институтов (равно как и всех иных институтов и правил, основанных на отделении личности от начальства) в лучшем случае обречены на позорный провал, а в худшем объективно нацелены на разрушение нашего общества и уничтожение нашего народа.



(КАюсь, заменил "государство" на начальство", а Россию на Турцию - но какая разница для столь глубокой статьи!...)



Вот ссылка http://ej.ru/?a=note&id=9637 ответ Радзиховского http://ej.ru/?a=note&id=9646

* * *
Что ненавидел, и что любил,
к чему, наконец, привык
чешуеглазый библиофил,
защитник печатных книг?
И что ему до постылых правд
и вышестоящих кривд,
когда в прохладе бумажных трав
стрекочет старинный шрифт?

Любовь бывает не на живот,
а насмерть, как червь в груди.
Она с автографом, или вот –
прижизненная, гляди.
И если книги все же горят,
то из огня, треща,
еще протянет свой яйцеклад
литера Ц или Щ.

А вы, любители, скажем, псов
и шахмат, не говоря
о собирателях звезд, часов
и прочего сентября?
Я сам когда-то кичился без-
зубцовыми и коло-
ниальными, с синью чужих небес
и саблями наголо.

Все это кануло в никуда,
архив мой плывет вверх дном.
Я стал завистником, господа,
лентяем, хлопотуном.
И наставляет меня втуне
горбатый библиофил.
Дай мне припомнить – кого я не-
навидел, кого любил?

Неслышен шелест засохших губ,
но знают свою судьбу
и страстотерпец, и марколюб
с почтовой звездой во лбу.
Там буквы сложены в слово LOVE,
в тепло отдаленных уст,
и пес ворчит, в ночи услыхав
густой типографский хруст.

1987

Изнывает жизнь в неволе, голосит на склоне дней.

Головною болью, что ли, оправдаться перед ней -

или честным стрелолистом, в долгой заводи больной,

или небом - серым, чистым - над избушкой лубяной?

Закрывай скорее ставни, потому что под окном

примостился старец давний в длинном платье ледяном,

пальцы зябкие ослабли - до рассвета будет он

в чашу лунную по капле лить кровавый самогон.

Ах, как ясен свет осенний - но живое вещество

о грядущем воскресеньи не узнает ничего,

и без спроса, без упрека перейдет его порог,

мастер горького барокко, рога бычьего пророк.

Брось кудель в огонь, как было, чтобы сердце все трудней

билось, билось и любило, полыхая вслед за ней,

чтоб в печи искрилось время, мучась собственной длиной...

Мы - бесчисленное племя ветхой жалобы льняной -

только к гибели привыкли - и доселе не поймем -

невозвратный черновик ли плачет розовым огнем -

иль сияет о России Богородица навзрыд?

или солнце в гневной силе ассирийское горит?

Поглядите, друзья, какая прелесть! В реальности это способ убрать рекламу не только из ЖЖ, но и ВООБЩЕ из браузера. Я попробовал (на Mozilla Firefox), все получилось!

habrahabr.ru/blogs/lj/43250/

magazines.russ.ru/sib/2009/10/be16.html

Вот любопытный пост неплохого поэта Дмитрия Мельникова, где он реагирует на статью Захара Прилепина (ссылка есть), и ответ на нее Натальи Ивановой.

huronian.livejournal.com/51254.html

Я поглядел на все эти соображения, и пришел в некоторое удивление. Прилепин пишет довольно очевидные вещи, но отзывы на его статью, как правило, не о ее содержании (см. ниже под катом), но о том, можно ли остаться (или быть) русским писателем за границей.

Общий уровень примерно такой:

"Василь Иваныч, а можно быть РП в Москве?" "Можно, Петька".
"А в Якутии?" "Можно!"
"А в солнечной Болгарии?" "Ну, наверное, можно, только трудно".
"А в Америке?" "Нет, этого никак нельзя."

Если интересно, вот дискуссия на сайте прилепина:

prilepin.livejournal.com/20969.html

Под катом см. мою записку Захару.

( Коммент на сайте Прилепина )

Оказывается, роман уже можно купить не только в России (во многих магазинах), но и в Америке -  на сайте kniga.com.
Правда, издатели сами подобрали к нему эпиграф из классических стихов Гандлевского. Я бы ничего не имел против, если бы не крайне огорчительная опечатка.

Стихи такие:

Поэт глядит в холодное окно.
Гармония, как это ни смешно,
вот цель его, вернее, идеал.
Что выиграл он, что он проиграл?

Так вот, оба "он" в последней строке куда-то потерялись...<input ... ></input><input ... >

Нет, на этот раз бюрократов (из американского собеса) ругать не буду.

Просто было смешно увидать у них в офисе два чудесных объявления.

(Не сфотографировал, т.к. в сегодняшней СШЕ это не поощряется).

Первое: Нарисованный револьвер, в красном круге, перечеркнут, и написано: ОГНЕСТРЕЛЬНОЕ ОРУЖИЕ ЗАПРЕЩЕНО.
(При этом на первом этаже всех пропускают через детекторы и обыскивают).

Второе (в примерном переводе):

"Убийство, похищение или нападение на государственных служащих во время или в связи с исполнением ими официальных обязанностей является особо тяжким преступлением. Виновные будут преследоваться по закону".

Я задумался, осознав что похищение, убийство или избиение чиновника ВНЕ связи с его официальными обязанностями, очевидно, преступлением не является!

Бедные чиновники.

Друзья, наконец вышел в свет мой романчик "Обрезание пасынков" в издательстве АСТ и вроде бы уже поступил в продажу. Буду рад отзывам!

Но в даль отбытья, в даль летейской гребли
Грустя, грустя, гляжу я, блудный сын,
И подберу, как брошенные стебли,
Пути с волнистым посвистом трясин.

(Из первого варианта ст. "Мне снилась осень в полусвете стекол...")

Прошу у всех прощения, но я вынужден ввести в журнале меры предосторожности против мерзавцев - раньше они оставляли только ссылки на порнографию, а теперь помещают сами картинки...
Так что комменты поначалу будут скрываться - и раскрываться незавиисмо от содержания, если не хулиганство!

Вы знаете, друзья, что политических тем я стараюсь в своем ЖЖ не трогать.
Однако нашлась тема, которая меня взволновала.
А именно, выступление историка Юрия Фельштинского против Юлии Латыниной по поводу взрывов домов в Москве и Рязани.
Я решительно не знаю, кто взрывал эти дома (хотя больше склоняюсь к мнению о том, что ФСБ к ним вряд ли причастно, т.е. точке зрения Латыниной).
Вопрос, однако, интересный, и вот я стал читать статью Фельштинского.

http://www.svobodanews.ru/content/article/1842523.html

И обнаружил там, среди различных сведений и рассуждений, следующее:

В ноябре 1999 года плененный чеченскими боевиками старший лейтенант Галкин дал под видеозапись следующие показания (я даю сжатые выдержки):

"За подрыв зданий в Москве, в Волгодонске ответственны спецслужбы России — ФСБ совместно с Главным разведывательным управлением. Подрыв зданий в Буйнакске – это дело рук сотрудников нашей группы, которая в это время находилась в командировке в Дагестане... Мы были назначены и отправлены в командировку распоряжением начальника Главного разведывательного управления вооруженных сил Российской Федерации... Это генерал-полковник Корабельников, начальник главного разведывательного управления, и начальник 14-го управления Главного разведывательного управления генерал-лейтенант Костечко... Лично наше подразделение к взрывам в Москве отношения не имеет, так как в то время мы находились в Дагестане. Сотрудниками нашего подразделения, численностью в 12 человек, которые находились в это время в Дагестане, был произведен взрыв дома в Буйнакске".

Иными словами, г-н Фельштинский использует в качестве доказательства показания, полученные фактически под пытками. (И по стилю очень напоминающие показания на процессах 1937-38 годов).

Стыдно. Очень стыдно.

После этого я потерял всякий интерес и ко всем остальным его построениям.

Увы.
<input ... ></input><input ... >

Волшебные стихи, по-моему.

 

( Read more... )

 

Кабанычу - многие лета!

Пересылаю письмо, полученное от друга из Петербурга:
 

Новое стихотворение

( Read more... )

Благополучно прибыв в Америку после брюссельского фестиваля, обнаружил наличие нового поучительного шедевра Ремонта Приборова. Рекомендую!

http://priborov.livejournal.com/11882.html

Продолжение цикла "Моим воображаемым друзьям разных национальностей"

ФОНАРИ

Мне запомнится таянье снега

Этой горькой и ранней весной,

Пьяный ветер, хлеставший с разбега

По лицу ледяною крупой,

Беспокойная близость природы,

Разорвавшей свой белый покров,

И косматые шумные воды

Под железом угрюмых мостов.

Что вы значили, что предвещали,

Фонари под холодным дождем,

И на город какие печали

Вы наслали в безумье своем,

И какою тревогою ранен

И обидой какой уязвлен

Из-за ваших огней горожанин,

И о чем сокрушается он?

А быть может, он вместе со мною

Исполняется той же тоски

И следит за свинцовой волною,

Под мостом обходящей быки?

И его, как меня, обманули

Вам подвластные тайные сны,

Чтобы легче им было в июле

Отказаться от черной весны.