Category: литература

Category was added automatically. Read all entries about "литература".

venice

Искалеченная цензурой старая басня Ремонта Приборова





Увы, восстановить исходный текст уже не представляется возможным - однако и в таком виде, как осколок древней амфоры, эта тонкая и гневная притча может слушить редким примером Добра и Красоты.


КРОКОДИЛ, КОЗА И КАМА-СУТРА

Басня

Однажды Крокодил с Козой читали Кама-Сутру.
С утра ......... ............. ............ .......... Вода
............... ....... ......... .......... перламутра,
......... .......... ......... ........ и к вечеру, когда
....... хвост ....... ......... пасти,
........... ............. ............ врага,
......... ......... ......... о свойствах страсти,
...... .......... ........ ........... ...копыта и рога,
“......... - не догма,
а руководство к действию”, но здесь
Коза .... ...... ...... .......,
и ............ ....... ........ ........
Для Козочки моей ..... .............. ...............,
....... ........ ......... ........,
...... .......... .......... ............... .......
а что же Крокодил, коварен и зубаст?
Известны всем, дружок, повадки крокодильи:
....... .......... ......... ......... подлец,
оскалился, ...... ....... ......... ........ ........
а ..... ....... ....... ......... наконец.

Во всякой басне, друг, есть элемент морали,
не раз в огне страстей влюбленные сгорали,
но этот Крокодил не стоит и слезы
навеки им погубленной Козы.


venice

Еще стихи - см. пост от 21 июня






НАЗИДАНИЕ – 2

 

Чиновники? Они особое сословье,

мы думаем о них со страхом и любовью,

без них никто из нас, не спорь, сынок, со мной,

свершить бы не сумел нелегкий путь земной.

Чтоб наказать раба и друга наградить,

чтоб победить врага и подать заплатить –

на все, на все необходим чиновник,  

грядущей вечности единственный любовник. 

 

Умён не по летам, ты все-таки не вырос

еще, сынок. Ты думаешь, папирус,

крест-накрест сложенный из стеблей тростника,

непрочен и горюч? Нет, темные века

не тронут государственного мужа.

Ни паводки, ни грозы не сотрут

его указов. О, бессмертный труд!

И потому-то мальчик мой, ему же

 

блаженство суждено пожизненное. Он,

подобно льву, спокоен и силён,

стоит, стопами попирая малых

мира сего, как груду листьев палых,

каленый ест ячмень, десницей суд творит,

и благородной мудростью горит,

уверен, что ему открыты двери рая –

пока робеем мы, от зависти сгорая.

venice

Стихотворение памяти друга по прозвищу Сяка

                                                                       



  Автор - мой давний товарищ Федор Анциферов


 

Сянюшка, Ся, на кого опять оставил, бросил, покинул?

Ушел в свой нерадостный путь один, без Волчока, меня и Коры?

Разве не сказано было тобой, что от друка?

Нет ведь, ушол, ушол, и где теперь неизвестно.

 

Как там скитаться хуй знает где, одному, без нас, без любови?

Кто там тобой восхитится, кто помурлычет, кто морду оближет?

Кто фпузико дунет псе, Волчоку, Сяне?

Вместе не захотел, а навряд ли гекатина свита ...

Сячьим оком кто обоймет окоем Карадага?

Кто абиссинские ворон расправит воскрылья?

Кто в веницейскую раму тихо глядеть на сиянье?

Кто под орехом мускат наблюдать как лиется?

С кем Ориону Волчок внимает желтый предвестник?

Неповторимое слово сячье кто скажет подарит?

Кому теперь говорить, чтобы было понятно?

 

Порог твой теперь греет Волчок пока может,

Ступени, которых я касался тоже касался,

Кормят татари его, как тебя бывало кормили.

Я не достал, далеко унесло меня Сяня.

 

Красное пью сухое, как в твоей книшке.

Пока ты был, никогда я не пил в одиночку.

Всякий сякий стакан отливался друку немношко.

Где бы ты ни был, всегда выпивался со мною.

 

Вот теперь она и вправду безумцу пустыня ...

Теперь догнала, торжествует, неплодная сука.

Думал ли я, когда писал тебе, Сяня ...

Красное пью под Петичкин гаф на сурка, в одиночку.

И спросить ни про что неково больше мне, Сяня,

Некому мне объяснить как незачем все что без Сяки,

Некуда деть слова незабвенные наши.

Вовсе один, хоть Петя так не считает.

 

Мама тебя держала за человека.

А ведь она никого почти не держала.

Я все что делал, делал с твоими словами.

Так почему ты блять оставил, бросил, покинул?

Чем тебе там намазано было, дурилка?

 

Жены на камени кудри льняные распустят,

Тенью укроет тебя Сюрючка в мускатное время,

Будут желтеть виноградные вечные листья,

Помнящий нас обездоленный серфинг под балкой,

Неравнодушные склонят оливу тебе янышары,

Будут катиться тяжелые долгие бочки,

Преклонит десничник акации длинные шкурки.

 

Сяня, Сянюшка, Сяня, какое сиротство ...

 

Лиска внимательно дышит глядит на Тыпсени.

 

venice

Стихотворение

В край забвенья, в сень могилы,
Как слоны на водопой,
Ангелы и крокодилы
Общей движутся толпой…

Вадим Шефнер


Плывут в естественном движенье орел, комар и гамадрил,
за что же их к уничтоженью недобрый бог приговорил?
Любая тварь бессмертья чает, однако дольняя краса
прейдет, и редко отвечают живым слепые небеса.

Люблю покушать суп с пуляркой, люблю журнальчик полистать,
люблю над книжкой популярной в уборной время коротать.
Но в силу ясного изъяна в миропорядке даже я
когда-нибудь, как обезьяна, в беззвездных безднах бытия

исчезну, как последний фраер. Напрасно, ангел, ты меня
стараешься утешить раем, где цитра, ласково звеня,
сопровождает славословье Творцу. Зачем ему оно?
Зачем мы маемся любовью, зачем подвальное вино

окрепло, вишня распустилась и отцвела, и белый прах
летит, как пух - скажи на милость, что он забыл в иных мирах?
uzb

Совковые и прочие лимерики

Мой старый товарищ Володя Сергиенко, тонкий поэт и при этом доктор наук и заведующий лабораторией при Академии Умных Наук, решил развлечься (и повеселить товарищей), сочинив много-много лимериков по мотивам Эдварда Лира, однако приближенных к нашей родной действительности (иногда). Я получил от них большое удовольствие, чего и вам желаю, дорогие друзья!



Читать здесь:




home.comcast.net/~bakhyt/Sergienko.htm
venice

Вот такие стихи







Где моря пасмурного клёцки

Грызут скелеты юных дев

Гуляет Коля Заболоцкий

Очки чугунные надев

 

Гуляет, недоволен книжными

Премудростями, трет висок

Пальцами, а конечностями нижними

Осторожно пробует набрякший песок

 

В глубине песка обитают рачки и морские блохи

У него дела неплохи

А в море курортном рыбьи ахи да осьминожьи вздохи

Предчувствие – вы почти угадали – ухи


Недоучившийся доктор Коля, источник ума, мирового горя,

И восторга, видит живую самку в синем купальнике. Вот она,

Потряхивая молочными железами, залезает в густое море,

Ловит губами медузу, смеется, похотлива и холодна.

 

Медуза щупальцами машет,

Не жнет, не сеет, и не пашет.

И самка тоже хороша –

Смешна, как грешная душа.

 

А что же Коля? Он в театре,

Как все товарищи твои,

Где сходит гибель к Клеопатре

В порядке яда и змеи.

 

Была – царица, стала – просо.

Великий Коля смотрит косо.

Суха чернильница его.

А небо синее над нами

Гремит ночными орденами,

Не обещая ничего.

kiev

Константин Вагинов







Кое-какие стихи довольно трудно найти в интернете, вагиновские - в том числе. В конце концов я отыскал текстовый файлик, подредактировал его в меру сил и поместил на своем сайте. Мало есть поэтов, которые могли бы так ненавязчиво и мастерски сдвигать реальность, преращать ее в фантасмагорию. Почитайте!

home.comcast.net/~bakhyt/Vaginov.htm

kiev

(no subject)

.
.
.
.
.
.
.
.
Тише вод, ниже трав колыбельная, сквознячок с голубых высот,
бедный голос, поющий «ель моя, ель» с бороздок пластинки под

антикварной иглой из окиси алюминия. Не смотри
на тычинки в приемном лотосе и родной мимозе: внутри

чудо-яблочка – горе-семечко, и от станции до сельпо
заспешит золотое времечко по наклонной плоскости, по

незабвенной дорожке узенькой, мимо клуба и овощной
базы, чтобы подземной музыкой, ахнув, вдруг очнуться в иной,

незнакомой области. Кто мы, те, что ушли, не простившись? По ком
телефон звонит в пыльной комнате, надрывается телефон?
venice

Алексей Коровашко почтил меня вниманием

Радость у меня, друзья! Почтенная "Литературная Россия" отозвалась о моих скромных сочинениях, а заодно и о стихах Чухонцева и Арабова. Правда, несколько смущает название статьи, а именно "Бахыт-компост"; надо признаться, что от сортирного юморка я как-то за последние лет сорок-пятьдесят, то есть со времен пионерлагерей, несколько отвык, тем более, что сортирная тема развивается в статье и дальше. Но все равно хорошо! Все-таки упомянули в центральной печати...

Ссылка на полный текст вот:

www.litrossia.ru/2010/13/05108.html


Collapse )